Цифровизация в Казахстане повлияла на то, что выросло целое поколение людей, которые не могут себе представить жизни без легких переводов: доля безнала в Казахстане достигла 90%. Сейчас можно оформить ИП или взять кредит, пока заваривается чай, и для этого не нужно даже вставать со стула. На пять крупнейших банков сегодня приходится почти 70% активов сектора, а инвестиции в финтех-стартапы сильно упали. О том, что происходит на поле финтеха в Казахстане и куда мы идем, говорили на Central Asia Fintech Summit 2026. Казахстан – пример того, как финтех-революцию выиграли не стартапы из гаражей, а консервативные банки. Сейчас они инвестируют в создание замкнутых экосистем и активно используют ИИ. Однако запуск единого QR меняет правила игры: рынок переходит от конкуренции инфраструктур (у кого больше терминалов) к продуктовой конкуренции, где главное – чей сервис удобнее для клиента. Главным драйвером дальнейшего развития, похоже, остается общий технооптимизм в отрасли. ‍ Строим лучшую финансовую экосистему в регионе Тимур Сулейменов, председатель Нацбанка РК, открыл саммит, обозначив общую задачу: построить одну из лучших цифровых финансовых экосистем в регионе (и амбициозно – в мире). База уже построена: 90% платежей – безналичные. Единый QR с 19 июля: 20+ млн транзакций и более 400 млрд тенге, уже 25% рынка. Цифровой тенге растет в госзакупках и бюджетном планировании. Цель — довести охват до 2 трлн тенге за ближайшие 12 месяцев. Антифрод-центр предотвратил мошенничество на 120+ млрд тенге. С 1 мая действует полноценный режим цифровых финансовых активов в общей юрисдикции. Есть лицензированные провайдеры, криптообменники, криптофиатные карты. Национальный крипторезерв – уже 700 млн долларов. Платежные организации первой категории (по сути, платёжные банки без депозитов и кредитов) заработают до конца 2026-го. Они создадут конкуренцию именно в транзакционном и ЦФА-бизнесе. «Мы решили изменить подход: из тех, кого тащат, превратиться в тех, кто сам толкает рынок», – сказал Сулейменов. ‍ Система должна стать менее банкоцентричной. Главной миссией банков останутся депозиты и кредитование экономики. А вот на поле платежей и транзакций теперь развернется жесткая конкуренция с новыми финтех-игроками. ‍ Неровная цифровая зрелость и путь к open finance Рейтинг банковского сектора Казахстана от S&P Global недавно был повышен до 6-й категории стран, рассказала председатель Агентства по регулированию и развитию финансового рынка (АРРФР) Мадина Абылкасымова. Но, несмотря на общий позитив, сектор развивается неравномерно. Агентство оценило 94 организации более чем по 100 параметрам. По 5-балльной шкале результаты такие: банки – 3,66; страховые – 3,4; МФО – 3,1; рынок ценных бумаг – 3,05. Чтобы нивелировать этот разрыв, разработано 1200 конкретных мероприятий и индивидуальные планы развития для каждой организации. Мадина Абылкасымова добавила, что следующим шагом должен стать переход от Open Banking к Open Finance: «Сейчас обособленно идет развитие страховых компаний, рынка ценных бумаг, банковских и микрофинансовых услуг. Open finance позволит исходить с точки зрения самого клиента. Должна быть возможность на одной площадке или в приложении видеть все финансовые продукты».Айнур Жантурина, основательница RISE Research & Advisory, отметила, что финтех активно развивается в Казахстане за счет банков. С одной стороны, это привело к тому, что страна занимает лидирующие места по безналичным расчетам, с другой – топ-5 банков держат 69% всех активов сектора. При этом число игроков выросло до 23 (вход Lesha Bank, корейские инвестиции, трансформация крупных МФО в банки) – конкуренция на верхнем уровне обостряется. Банковские супераппы забрали на себя почти все повседневные сценарии людей (от лайфстайла до госуслуг) и весь операционный цикл МСБ. Сегодня регистрация ИП и открытие счета занимают 5–10 минут, а выдача кредита – до 10 минут. Стартапам остаются узкие ниши: SaaS, CRM, специализированная бухгалтерия, eKYC, онлайн-кассы, краудфандинг. И это сказывается на объемах инвестиций, которые сократились с 32 млн долларов в 2023 году до 8 млн в 2025-м. ‍ Полная токенизация Заметным трендом становится токенизация. Ренат Бектуров, управляющий Международного финансового центра «Астана» (МФЦА), рассказал, что уже есть кейс, когда фермеры смогут привлекать капитал под урожай с помощью токенизации зерна. Проверять поля будут через спутниковые снимки (индекс NDVI), а элеваторы оснастят IoT-датчиками. В креативной индустрии МФЦА подписал меморандум с компанией Ozen для токенизации прав на 7 тысяч музыкальных треков, также идут переговоры с разработчиками игр о токенизации игровых активов и скинов. «Токенизировать можно все, что имеет ценность», – резюмировал управляющий МФЦА.Гендиректор Яндекс Казахстан Тимур Худайбергенов добавил, что компания рассматривает токенизацию таксопарков для моментального лизинга авто. По данным RISE, в Казахстане и МФЦА уже работают более 50 регулируемых криптобирж, брокеров и кастодианов. В регуляторных песочницах сейчас обкатывают стейблкоины, криптоплатежи по QR и токенизацию коммерческой недвижимости. ‍ ИИ все еще не окупается, но активно внедряется По данным АРРФР, 75% банков уже используют ИИ. Но пока нет даже мировых примеров, когда промышленное внедрение ИИ конвертируется в окупаемость. Но ставки растут, особенно в сфере безопасности. Генеральный директор Mastercard в Центральной Азии Санжар Жамалов отметил, что к 2029 году глобальный ущерб от кибермошенничества превысит 15 трлн долларов. Чтобы защитить бизнес и клиентов, платежные системы внедряют превентивный ИИ – только одна система блокировки фишинговых сайтов помогла спасти 120 млн долларов за 6 месяцев. Айнур Темирханкызы, советник председателя правления Freedom Bank по цифровым продуктам и сервисам, рассказала, как они понимают промышленное использование ИИ. Здесь есть три категории: взаимодействие с клиентом, принятие решений с помощью моделей и ускорение бизнес-процессов в бэк-офисе. Если раньше пределом инноваций считались скоринговые модели, которые сегодня стали неотъемлемой базой любого банка, то сейчас нейросети забирают на себя, например, комплаенс. Только в одном из кейсов для этих задач были созданы 134 цифровых агента. «Они разделены на три группы: одни ведут постоянный мониторинг, вторые занимаются полноценными расследованиями (ищут серые схемы и аномалии), а третьи самостоятельно открывают кейсы и делают по ним заключения. Если раньше на ручную проверку сложного комплаенс-кейса уходило до двух недель, то сейчас агенты справляются с этой задачей за 11 минут», – рассказывает Айнур.Вообще, 2027 год должен стать временем конкретных продуктов, а не только пилотов. Как отметил глава Нацбанка, узкое место сейчас не в регулировании, а в адаптации традиционных игроков: комплаенс-службы банков не должны пугаться новых инструментов. Эпоха закрытых банковских экосистем, привязавших пользователей к конкретным приложениям и терминалам, подходит к концу. Регуляторы и сами участники рынка задают новый вектор – переход к открытой инфраструктуре, где конкуренция строится не на масштабах терминальной сети, а на качестве продукта.