После демонстрации слайдов Касым-Жомарт Токаев усомнился, что казахстанские модели кому-то по-настоящему нужны. Ведь люди пользуются ChatGPT, а не местными разработками. Значит, либо продукты слабые, либо статистика приукрашена. Президент поручил цифры перепроверить, включая данные по Aitu и другим «успешным» сервисам. Когда всё заработает? Как именно? За какие деньги? Все вопросы президента были по существу. - Мы ещё вернёмся к этому вопросу. Пока не совсем понятно, как вы собираетесь это сделать и когда всё будет готово, - жестко сказал глава государства. - Мы ещё вернёмся к этому вопросу. Пока не совсем понятно, как вы собираетесь это сделать и когда всё будет готово, - жестко сказал глава государства. Самый неловкий момент случился, когда президент спросил, сколько казахстанцев сидят в ChatGPT. - KazLLM пользуются 600 тысяч пользователей, а Aitu - 700 тысяч, - назвал цифры министр. - KazLLM пользуются 600 тысяч пользователей, а Aitu - 700 тысяч, - назвал цифры министр. Создание собственной языковой модели - дорогой и рискованный проект. Так считает общественный деятель и руководитель издательства "Мазмұндама" Шынгыс Мукан. Даже крупнейшие корпорации, вроде Apple, используют чужие решения и признают отставание в ИИ. - Возникает вопрос: насколько оправдано, чтобы каждое государство по отдельности тратило средства на разработку собственных LLM-систем? Даже институциональные инвесторы не уверены в том, что вложения мировых технологических гигантов в ИИ окупятся. На этом фоне работа Казахстана в сфере ИИ выглядит скорее, как детская игра. Я попробовал использовать KazLLM как инструмент для перевода. Он и близко не подошёл к уровню ChatGPT, поэтому отказался. - Возникает вопрос: насколько оправдано, чтобы каждое государство по отдельности тратило средства на разработку собственных LLM-систем? Даже институциональные инвесторы не уверены в том, что вложения мировых технологических гигантов в ИИ окупятся. На этом фоне работа Казахстана в сфере ИИ выглядит скорее, как детская игра. Я попробовал использовать KazLLM как инструмент для перевода. Он и близко не подошёл к уровню ChatGPT, поэтому отказался. Эксперт Тимур Сейдалин тоже видит больше плюсов в ChatGPT. Казахстанская модель, по его словам, пока сложна для массового пользователя. Но если дать KazLLM понятный интерфейс и открытый API, она могла бы стать мощным инструментом для бизнеса и разработчиков, а не только для узкого круга специалистов. - Проблема явно не в “мозгах” модели, а в её доступности для конечного пользователя и бизнеса. Модель сейчас - это сложный инструмент для технарей, спрятанный за гигабайтами весов и необходимостью иметь мощное железо. Но разве ИИ не должен быть интуитивным? Чтобы технология стала по-настоящему народной, ей нужно “лицо” - удобный интерфейс или бот, который не требует навыков программирования. Пока ChatGPT предлагает комфорт “в один клик”, массовый пользователь будет выбирать его, даже если он хуже понимает локальный контекст. Другими словами - сейчас "казахский ИИ" не для масс, а для узких спецов с хорошим "железом". - Проблема явно не в “мозгах” модели, а в её доступности для конечного пользователя и бизнеса. Модель сейчас - это сложный инструмент для технарей, спрятанный за гигабайтами весов и необходимостью иметь мощное железо. Но разве ИИ не должен быть интуитивным? Чтобы технология стала по-настоящему народной, ей нужно “лицо” - удобный интерфейс или бот, который не требует навыков программирования. Пока ChatGPT предлагает комфорт “в один клик”, массовый пользователь будет выбирать его, даже если он хуже понимает локальный контекст. Другими словами - сейчас "казахский ИИ" не для масс, а для узких спецов с хорошим "железом". Общественник и ректор шымкентского вуза Нуркен Халыкберген предлагает смотреть на KazLLM не как на чат, а "как на инфраструктурный инструмент". Если ChatGPT - это компактный генератор для дома, KazLLM - промышленная электростанция, которая требует инженеров, ресурсов и специальной инфраструктуры. Она предназначена для критических госсервисов, обработки данных и создания технологической базы внутри страны. - Люди сравнивают разные уровни одной и той же технологии. Отсюда и частая претензия: “KazLLM неудобна обычному гражданину”. Да, потому что ее не делали как приложение в формате “скачал и пользуйся”. KazLLM - это языковая модель как инженерный артефакт. Почему же нельзя просто “сделать клон ChatGPT”? Потому что модель - это примерно 20% работы, а продукт - остальные 80%. Чтобы из “двигателя” получился массовый сервис, нужны как минимум четыре дорогих слоя: постоянные вычисления, безопасность и ответственность, юридический контур данных и экономика эксплуатации. У OpenAI это индустрия, работающая 24/7. Важно и другое: это не абстрактная “научная игрушка”. Партнеры, участвовавшие в создании KazLLM и AlemLLM, продолжают интегрировать модели в свои сервисы - в корпоративном секторе, образовательных проектах и государственных услугах. Например, на базе AlemLLM, упомянутом министром, созданы более 40 прикладных решений: от Qazaq Law и помощников для eGov до консультаций по госзакупкам и налогообложению, а также сервисов поддержки граждан Казахстана за рубежом. То есть речь идет не об одном чате, а о фундаменте, на котором строятся конкретные продукты. - Люди сравнивают разные уровни одной и той же технологии. Отсюда и частая претензия: “KazLLM неудобна обычному гражданину”. Да, потому что ее не делали как приложение в формате “скачал и пользуйся”. KazLLM - это языковая модель как инженерный артефакт. Почему же нельзя просто “сделать клон ChatGPT”? Потому что модель - это примерно 20% работы, а продукт - остальные 80%. Чтобы из “двигателя” получился массовый сервис, нужны как минимум четыре дорогих слоя: постоянные вычисления, безопасность и ответственность, юридический контур данных и экономика эксплуатации. У OpenAI это индустрия, работающая 24/7. Важно и другое: это не абстрактная “научная игрушка”. Партнеры, участвовавшие в создании KazLLM и AlemLLM, продолжают интегрировать модели в свои сервисы - в корпоративном секторе, образовательных проектах и государственных услугах. Например, на базе AlemLLM, упомянутом министром, созданы более 40 прикладных решений: от Qazaq Law и помощников для eGov до консультаций по госзакупкам и налогообложению, а также сервисов поддержки граждан Казахстана за рубежом. То есть речь идет не об одном чате, а о фундаменте, на котором строятся конкретные продукты. Схожее мнение высказал и Сабит Суханов, член попечительского совета QAZTECH. KazLLM и ChatGPT - не конкуренты, отмечает эксперт. - Сам по себе вопрос не должен рассматриваться в плоскости конкурентного сравнения. В аналогии это как сравнивать глобальную авиакомпанию American Airlines или Luftgansa с локальной авиакомпанией Qazaq Air, которая призвана решать проблему внутренней связанности в Казахстане (как она решает, это другой вопрос). Пусть рыночно в KazLLM будет 50-100 тыс. пользователей, к примеру (а не 15 млн, как в GPT), но они могут привнести большего эффекта из-за полученной специфичной и более точной информации. При дальнейшем развитии этого инструмента он, очевидно, будет полезным профессиональному сообществу, но не для большинства населения, которому достаточно ChatGPT или аналогов. Жаслан Мадиев - очень профессиональный менеджер, знаю не понаслышке. - Сам по себе вопрос не должен рассматриваться в плоскости конкурентного сравнения. В аналогии это как сравнивать глобальную авиакомпанию American Airlines или Luftgansa с локальной авиакомпанией Qazaq Air, которая призвана решать проблему внутренней связанности в Казахстане (как она решает, это другой вопрос). Пусть рыночно в KazLLM будет 50-100 тыс. пользователей, к примеру (а не 15 млн, как в GPT), но они могут привнести большего эффекта из-за полученной специфичной и более точной информации. При дальнейшем развитии этого инструмента он, очевидно, будет полезным профессиональному сообществу, но не для большинства населения, которому достаточно ChatGPT или аналогов. Жаслан Мадиев - очень профессиональный менеджер, знаю не понаслышке. Теперь разберёмся, что такое KazLLM и кто его разрабатывал. KazLLM - это не альтернатива ChatGPT в привычном смысле. Это большая языковая модель, которую Казахстан пытается собрать как собственный базовый «двигатель» для ИИ-сервисов. Её создавали не как чат для массового пользователя, а как технологическую основу, которую можно встроить в госуслуги, корпоративные системы, переводчики, аналитические инструменты и цифровых помощников. По официальным данным, на разработку и сопутствующие решения потратили около 3,9 млрд тенге. В эту сумму вошли вычислительные мощности, сбор и очистка датасетов, обучение моделей, зарплаты инженеров и исследователей, а также создание прикладных прототипов и связанных проектов вроде AlemLLM. Автором разработки стал Институт умных систем и искусственного интеллекта при Назарбаев Университете. В работе участвовали казахстанские исследователи, государственные структуры и партнёры из бизнеса. Считать KazLLM готовым на 100%, похоже, пока что рано. По крайней мере, колоссальные деньги уже потрачены, да и модель существует. Дальше всё зависит от того, появится ли поверх этой базы что-то живое и нужное. Будем надеяться, что проект оправдают хотя бы постфактум. Летом 2025 года редакция Ulysmedia.kz тестировала основные продукты, созданные на базе KazLLM. Это те самые “чайники”, о которых говорил Багдат Мусин. Но, как бы мы не старались, особой пользы от девайсов пока не увидели.